Рыбалка на реке Вычегде

Классик рыболовной литературы Леонид Павлович Сабанеев писал когда-то «Самые огромные щуки водятся, по-видимому, в северной реке Вычегде и других северных реках», и было это не так уж давно — всего полтора века назад. Такой славой пользуется лишь правый приток Северной Двины — удостоился.  Так что же это за река — Вычегда и какая на ней рыбалка? Она по-северному серьезна — широкая, малонаселенная с неторопливым течением и встречными ветрами, однако ее открытая долина, желтые отмели и заливные луга вносят в суровый таежный облик нотку тепла.

Река Вычегда начинается в глухой тайге Коми впадает в Северную Двину у станции Котлас. Русло ее обтекает многочисленные пологие острова и островки, огибает широкие песчаные пляжи, деля их на части и оставляя старицы. Если в коренной реке преобладает хищник — щука, окунь, налим, сиговые, то в зарастающих старицах нашли пристанище лещ, крупная плотва, попадается карась. Условно хищные рыбы — язь и голавль -есть и там, и там.

Рыболовный сплав по реке Вычегде был задуман мною давно и столь же долго откладывался, так что когда мы с моим товарищем Александром все-таки решили ввязаться в эту авантюру, в нашем распоряжении было лишь последние пять дней отпуска, поэтому маршрут наш особой оригинальностью не отличался.

Сойдя с поезда Москва-Воркута на станции Межег, у железнодорожного моста, мы накачали свою двухместную лодку и двинулись вниз по течению Вычегды, руководствуясь принципом «от забора до обеда», то есть планируя завершить сплав в любом населенном пункте, как только закончится отпуск.

Прямо под мостом курсировала моторка с троллингистом. Крутясь на малой скорости между опорами и ниже, рыболов раз в десять минут выхватывал из воды по щуренку. Другой рыболов, поплавочник, колдовал над удочками в траве по соседству: над водой периодически взлетали плотвички и ельцы. Возможно, это были лишь живцы, и основная рыбалка намечалась в сумерках. После комплимента Вычегде Сабанеев пишет, что наиболее успешная ловля щуки производится в здешних местах на «дорожку» — «ходовую блесну». Надо сказать, что «дорожка» нам подходила как нельзя более. Мы были согласны и на гораздо меньший трофей.

Воблер Halco пошел вглубь, я сел на весла, а Александр, вооружившись классическим трудом Сабанеева и атласом и зажав спиннинг под мышкой, приступил к обязанностям штурмана. Течение в конце августа на Вычегде есть, но довольно слабое. У песчаных отмелей оно почти отсутствует и петляет призрачной струйкой от берега к берегу. Гоняться за ним по всей — до полукилометра! — ширине реки было непродуктивно, и мы почти всю дорогу держали весельную скорость в стоячей воде — ровно 5 км/час, если судить по навигационным знакам километража на берегу.

В первый же вечер похода нас посетила огромная серая сова. Неторопливо покружив над костром, она уселась на соседнее дерево и терпеливо дожидалась, когда мы застегнем палатку изнутри. В родной стихии наши северные совы порой смелы до безрассудства: двумя годами ранее на берегу Двины рано утром сова, выпустив когти, отважно атаковала мою серо-зеленую «Калину», своей округлой формой действительно напоминавшую редкостно крупную мышь. Отвернула хищница лишь в последнее мгновение, оставшись невредимой сама и не поцарапав машину. Утром пакет с едой, лежащий под лодкой, оказался продырявлен, а уголок межегского пирожка с капустой — скромно отгрызен.

Даже не очень громкие звуки на широкой реке слышны за километр и более. Если на берегу попадалась рыболовная стоянка, то сначала мы слышали приглушенные голоса, и только потом замечали дым. Особых амбиций даже у местных рыболовов не было: устроившись с поплавочными удочками у поваленных в воду деревьев, они таскали редких подъязков. Крупный хищник — щука, серьезный окунь, сиг — брал, по их словам, из рук вон плохо.

— На щуку годится только воблер, ребяты, — сказали нам местные. — Железо и резина для нашей рыбы баловство, она не возьмет.

Естественно, у правила быстро нашлись исключения. Небольшой щучке приглянулась моя классическая «черноспинка», которую я уже 15 лет все никак не могу ни оборвать, ни потерять. С берега неплохо работала красная «вертушка» Blue Fox: хоть цвет и противоречил названию, но щурята и мелкие окуни клевали исправно. Расцветку воблеров и блесен нужно выбирать яркую — желтую, малиновую, оранжевую: вода в Вычегде мутная из-за песчаного дна и берегов. До Хуанхэ ей, конечно, еще далеко, но песчаная взвесь чувствуется даже на ощупь, а руки можно мыть без мыла. После вялого утреннего клева я заменил невзрачный медный лепесток на кислотно-лимонный, и хищник будто прозрел.

Отправляясь рыбачить на Вычегду, мы наивно полагали, что места для стоянок и ночевок не будут проблемой, но ошиблись. Все открытые, прогреваемые солнцем луговины и возвышенности (которых, к слову сказать, немного) давно заняты деревнями. У самого берега — песок, который через полчаса набьется во все и вся. Лесные прогалины на поверку оказывались болотами или были наглухо отгорожены от воды буреломом. Оставались совсем маленькие полянки, куда нужно было круто взбираться по песку, и на большинстве из них стояли навигационные аншлаги. Там же находились и кострища -коллективный разум вычегодских рыболовов, охотников и грибников не позволял зря пропадать сухому пятачку с хорошим обзором. Так что на вроде бы глухой и безлюдной реке мы постоянно пересекались с такими же, как мы, путешественниками.

Однажды глубокой ночью с реки послышался не шум мотора, а осторожные гребки веслами и стук по лодочному дну. Тьма была кромешной, даже время на часах было не разглядеть. Возможно, кто-то из рыболовов остался без топлива, но, скорее всего, кто-то проверял снасть. Видимо, рыбоохрана на Вычегде знает свое дело и загнала браконьеров в глухое подполье, или это была совсем уж варварская снасть, наподобие астафьевского самолова. Стерлядь, к слову, здесь есть.

Русские купцы, промышленники и миссионеры — Стефан Пермский, Строгановы и их последователи двигались по Вычегде вверх, на Каму и в Сибирь, обращая коми (зырян) в православие и «столбя» свои поселения красивыми в архитектурном и ландшафтном отношении храмами. В деревнях Цилиба и Вожем, которые мы миновали в предпоследний день, церкви стоят напротив друг друга на противоположных берегах. В народе это место называют «Зырянскими воротами» — это еще Архангельская область, но исторически земля коми начинается именно здесь.

Ну, а для нас, идущих вниз, она, соответственно, закончилась. Ночевать было решено на острове. Огромный песчаный пляж с песком, уплотненным волнами до состояния набережной, глубина и течение у берега — это был просто рыболовный тренировочный полигон. Держитесь, язи, голавли и щучки!

Увы, трофейная «сабанеевская» щука нам не попалась. Средний вес пойманных щурят был всего 800 г. Так ведь и более сто лет прошло…