Рыбалка на Исети


Любому рыболову хотя бы раз в жизни приходилось чувствовать «зов водоема». Возникает, когда вдруг ни с того ни с сего, появляется желание отправиться на рыбалку в какое то позабытое, порой даже не прославленное былыми рыбалками место. Чаще всего подобные спонтанные порывы заканчиваются одним и тем же — рыболов не видит ни единой поклевки. Но порой случается и наоборот. Верховья реки Исеть не популярны у екатеринбургских рыболовов-зимников. На участке между Исетским озером и Верх-Исетским прудом рыба ведет полупроходной образ жизни. Весной, едва сойдет лед, начинается нерестовый ход леща, плотвы, язя. Отметав икру, большинство рыб возвращаются обратно, в родной водоем. Оставшиеся особи проводят лето в реке, а поздней осенью возвращаются на богатые кормом просторы Верх-Исетского пруда. На зимовку остается лишь та рыба, которая сумела приспособиться к жизни на скудном пищевом пайке. В уловах видишь ерша, плотву, мелкую щуку и вездесущего окуня (редко когда выше 60 г), иногда налима. Потому зимой в верховьях Исети рыбачат лишь немногочисленные энтузиасты.

Накануне выходного дня я почувствовал «зов водоема». Вместо ранее запланированной поездки на богатое лещом озеро решил поехать в верховья Исети, блеснить окуня. Любая рыбалка требует запланированных действий. Пока будет темно, я рассчитывал пройти малоперспективные участки реки, чтобы с рассветом оказаться у омутов в районе озера Мелкого. Осенью здесь хорошо ловился окунь на спиннинговые приманки, периодически попадалась некрупная щука. Местами глубина реки достигает 2,5 м, и это здесь считается приличной глубиной.

Наибольшую концентрацию зимующей рыбы можно предполагать именно здесь. А там, где есть кормовая рыба, обязательно окажется и хищник. К намеченному месту я пришел, когда забрезжил рассвет. Зимний пейзаж и сумрак раннего утра изменил привычные летние ориентиры до неузнаваемости. Мне пришлось поплутать среди извилистых поворотов реки, пока я не обнаружил примету — сухую искривленную крушину. Отсюда начинается череда омутов. По карте до озера Мелкое около 1,5 км. Из-за потерь времени на бурение лунок и последующую их проверку изучить весь участок реки было невозможно.

okuni_na_iseti

Поиском окуня я занялся в самых присущих данной рыбе местах вблизи с прибрежными кустами, в тех места, где были поклевки мною помечались прутами, а на обратном пути в зависимости от оставшегося времени проверял клевые лунки более тщательно. Во время активного поиска я использую комбинированную технику блеснения, состоящую из различных манер проводки. Первые 3-4 взмаха удочкой выполняю плавно, с широкой амплитудой. Блесна в падении активно колеблется, привлекая окуня с большого пространства.

Следующие проводки делаю резкими рывками с подъемом блесны на 20-30 см, обязательно меняю горизонт. Если поклевок нет, то несколько раз постукиваю блесной о дно и выполняю 2-3 взмаха с долгой паузой в конце проводки. Цикл завершаю серией коротких — не более 10 см — подбрасываний блесны. Так же проверяю следующую лунку. С самого начала в моих планах произошла неожиданная корректировка — в первой же пробуренной лунке начались поклевки. Гибкий хлыстик безкивковой удочки вздрагивал, и я вытаскивал окунька «спортивного размера». Ловить таких неинтересно, однако у меня был расчет на поклевки более достойных экземпляров. Рядом со «спортивными» окуньками наверняка соседствуют и более крупные особи, надо только набраться терпения и переждать поклевки мелочи — следом обязательно клюнет окунь крупнее.

Для экономии времени, а в равной мере чтобы не травмировать отпускаемую рыбу, целесообразно применять такую блесну, которая отсекала бы поклевки мелочи. По моему мнению, с поставленной задачей можно справиться двумя способами: использовать крупную приманку или применить блесну, форма которой будет противоположна уловистой. Что это значит? На любом водоеме окунь питается мальками какого-то определенного типа. Зная, каков внешний вид кормовой рыбы, легко подобрать форму и цвет уловистой приманки. Если в меню окуня преобладают уклейка и верховка, то на узкую серебряную блесну с активной игрой поклевок будет больше.

Там, где окунь питается молодью какой-либо широкотелой рыбы, лучшей окажется блесна соответствующей формы. Применяя метод «от противного» на практике, рыболов использует блесну, противоположную уловистой. Нетипичные колебания, которые создает приманка, отпугнут мелочь. Через некоторое время блесной заинтересуется более крупный окунь. В верховьях Исети полосатый — преимущественно каннибал. В этом случае нет особого смысла заниматься экспериментами — достаточно использовать укрупненную приманку.

Я воспользовался удочкой с крупной блесной. Как и следовало ожидать, докучливые поклевки «спортивной» мелочи прекратились, узкую серебристую блесну стал хватать окунь весом 60 г, а такие по здешним меркам считаются вполне «промысловыми» рыбами. Поставленная задача была отчасти решена. Но по опыту я знаю, что в здешних местах могут клевать окуни и под 300 г. «Не могут же все крупные особи уйти в Верх-Исетский пруд на зимовку, окунь — рыба оседлая», — такие мысли беспрестанно посещали меня, когда я вытаскивал из лунки очередного «промыслового» «полосатика».

Желание ловить крупную рыбу, неистребимо в рыболове! И мне удалось подобрать ключ к поклевкам более крупных окуней. Миновав череду омутов, я оказался у конечной цели моего похода. На озере Мелкое зимой безлюдно, несмотря на близость миллионного города: в окрестностях стоит звенящая, первозданная тишина. Рыболовов здесь не бывает — в середине зимы озеро промерзает до дна почти на всей акватории, оправдывая этим самым свою топонимику. Максимальная глубина не превышает 1,2 м.

По гидрографическому определению озеро Мелкое — старица Исети; сейчас река течет по другому руслу, огибая озеро с западного берега. Лишенное живительной подпитки проточной водой, озеро с каждым годом все больше мелеет и заболачивается. Зимой рыба держится лишь в относительно глубоком устье, примыкающему к основному руслу Исети. После длительного моего нахождения в ограниченном пространстве реки простор озера показался мне бескрайним. Белую равнину окружали лесистые темно-синие горы. Легкий ветер нес бодрящую свежесть, настоянную на тонком запахе зимнего хвойного леса.

Вид озера и свежий воздух удвоили мои силы. Я и не заметил, как пробурил длинную цепочку лунок, перекрывающую по диагонали узкий выход из озера. Однако моя бодрость не передалась рыбе: нив одной из лунок гибкий хлыстик удочки не вздрогнул, сигнализируя о поклевке. Напрасно я сверлил лунки в надежде отыскать стоянку активного окуня — все было тщетно. Дальнейшие поиски не имели смысла — малая глубина и гниющая растительность не создают здоровой среды для обитания рыбы.

Сначала я хотел было вернуться обратно и заняться тщательной проверкой ранее обнаруженных стоянок окуня, но затем переменил решение. Дело в том, что за все годы моей рыболовной практики я еще ни разу не ловил зимой в месте, где Исеть огибает озеро Мелкое. А сейчас путь до реки мог занять всего пару минут. И муза первопроходца оказалась сильнее, чем желание наловить рыбы на проверенных лунках. В этой части Исеть была довольно-таки глубокой — на всем пройденном мною пути русловые глубины были в пределах 2,5 м. За все время ни разу не клюнул окунь, зато мелкая, с карандаш, щука брала блесну практически в каждой лунке. Обилие активной щуки означает достаточное количество кормовой рыбы.

Предположение оказалось верным: около одной из многочисленных проток, соединяющих Мелкое с Исетью, мне встретились рыболовы, удившие мелкую плотву. Пройдя еще с километр, я оказался в живописной теснине. Заснеженное русло Исети тянулось, как сквозь длинный коридор. К правому берегу подступал изумрудно-зеленый хвойный подлесок, левый берег состоял из сплошной стены желтого тростника. Сюда не доносился отдаленный шум поездов, здесь не щебетали птицы — вокруг была пронзительная тишь. Меня невольно охватило торжественное и немного жутковатое состояние абсолютного одиночества.

Покоем безлюдной местности я наслаждался недолго — около полудня по реке стали проноситься снегоходы. Для любителей половить плотву и подлещика это почти всегда означает бесклевье. Мои слова покажутся вам странными, но появление моторизованных туристов вселило надежду на возможность хорошего улова. Я бросил дальнейшую разведку и ускоренным шагом направился обратно к лункам, где ранее обнаружил стоянки окуней.

Поступок этот был продиктован давними летними наблюдениями за поведением рыбы в верховьях Исети. Несколько сезонов подряд я увлекался ловлей на фидер в этих местах и обнаружил любопытную закономерность в поклевках подлещика. Как часто случается в жизни, что-нибудь новое мы замечаем нежданно-негаданно. С раннего утра я пришел на яму, где всегда держится подлещик. Клев был плохой, рыба брала редко и осторожно. До 10 часов мне с большим трудом удалось поймать с пяток «фанерок». Наступила пора уезжать домой…

Любой рыболов, читая эти строки, скептически усмехнется: клев подлещика может начаться и позже. Зачем бросать рыбалку раньше времени? Дело в том, что в летнюю пору в верховьях Исети беспрестанно снуют моторные лодки. Река протекает по живописным местам, и люди отправляются в водные путешествия. Оживленное речное движение стимулируется еще и расположением на берегах реки двух небольших деревенек, большую часть населения которых составляют горожане-дачники. С 11 часов узкая речка превращается в проезжую часть, и рыболовам вопреки желанию приходится сматывать удочки. Собираясь домой, я плохо рассчитал время и опоздал на электричку. Следующий поезд прибывал на станцию лишь через пять часов. Чтобы скоротать время, я вернулся на прежнее место и продолжил рыбалку без какой-либо надежды на успех.

Но когда по речке пошли первые моторки, в клеве произошла невероятная перемена. Стоило лодке пройти мимо, как мгновенно следовала уверенная поклевка крупного подлещика. Активность рыбы длилась 2-3 минуты, затем наступало полное затишье, и в это время интерес подлещика нельзя было возбудить никакими ухищрениями. Но лишь моторка проходила мимо вновь, что называется, над головой рыбы, вершинка фидера резко изгибалась, и я вываживал очередную добычу. Последующие наблюдения подтвердили обнаруженную закономерность в поклевках. Видимо, вибрация воды, создаваемая винтами моторов, поднимает со дна кормовые организмы, которыми питается рыба. То же самое происходит и зимой: шум снегоходов стимулирует поклевки окуня на блесну.

К разведанным лункам я пришел, когда зимний день был в разгаре. До сумерек еще далеко, и при удачном стечении обстоятельств можно легко наверстать упущенное время. Размер и форму блесны я оставил прежними, но поменял цвет — вместо серебристой блесны оснастил удочку тускло-медной. На решение повлияла высокая освещенность и пресловутый каннибализм исетского окуня. По сравнению с утром поклевки участились. Вперемежку с «исетскими промысловыми» 60-граммовыми окунями азартно клевала и «спортивная» мелочь.

Попытки отсечь докучливых «матросиков» были малоуспешны. Оставалось терпеливо пережидать, когда их охотничий пыл охладится подходом более крупных собратьев. Эту отдаленную нерабочую лунку я решил проверить исключительно из методических соображений, чтобы уточнить границы стоянки активного окуня. После нескольких дразнящих проводок блесны произошла поклевка окуня, который выглядел настоящим гигантом по сравнению с предыдущими сородичами — 100 г, не меньше! Все-таки есть еще крупный окунь в верховьях Исети! Только расшевелить его — непростая задача.

Надежда оставалась на проезд снегоходов. Вибрация воды поднимет со дна кормовые организмы. Как следствие, окуневая молодь проявит повышенную активность в поедании «дармовой» пищи. Суета мелочи спровоцирует крупного окуня поохотиться на мелкого собрата. Активности крупного окуня после проезда снегохода я предполагаю еще одно объяснение. В местах скопления мелкой рыбы он всегда есть, но не клюет, будучи насторожен засветкой дна, звуком сверления лунок и прочим шумом, который издает рыболов. Проезд снегоходов на время оглушает окуня. Слуховой аппарат отключается, действует только боковая линия и зрение. Совокупность этих факторов и приводит к потере осторожности у крупного окуня.

Наконец мимо пронесся долгожданный снегоход. Увы, клев резко прекратился. У меня невольно возникло сомнение в правильности моих наблюдений. Со временем из-за изменений в биологической жизни водоема поведение рыбы меняется. Не произошел ли такой случай в верховьях Исети?

Моя растерянность прошла, когда хлыстик безкивковой удочки резко потянуло вниз. После непродолжительного вы важивания я вытащил из лунки темно-коричневого полосатика — на вид около 180 г! Такой окунь на любом водоеме считается приличным трофеем. Нет смысла рассказывать, с каким нетерпением я ожидал проезда очередного снегохода! И моторизованные любители путешествий оправдали мои ожидания. Бесконечная вереница «Буранов», «Ямах», «Полярисов» сновала мимо с частотой, достойной автопотока оживленной улицы. Это обстоятельство позволило мне обнаружить закономерности в поклевках и выработать тактику ловли.

Едва проносился снегоход, я выдерживал паузу около 2 минут и начинал блеснить в лунке, где до этого активно клевала мелочь. После поимки трофея я сразу бежал к следующей лунке. Приходилось торопиться: активным крупный окунь был не более пяти минут. Видимо, за это время слуховой аппарат рыбы приходил в нормальное состояние, и полосатый снова начинал осторожничать. К концу рыбалки я научился за короткий промежуток времени облавливать максимальное количество лунок: заслышав шум приближающегося снегохода, выходил на исходную позицию, а после проезда транспортного средства выжидал некоторое время и приступал к блеснению. На лунках долго не задерживался — два-три энергичных взмаха удочкой, пауза — и переход на следующую лунку, если не было поклевки.

Таким образом мне удавалось облавливать 6-7 лунок до окончания активности крупного окуня. Если случалась поклевка, я делал дополнительную проводку. Иногда из одной лунки вытаскивал трех окуней «трофейного» размера. В азарте не заметешь течения времени. Погожий зимний день незаметно подошел к концу. Вместе с ним прекратилось движение снегоходов, на реке установилось предзакатная тишина.

Выглянувшее из-за облаков солнце окрасило заснеженное русло Исети в нежный пурпур, посылая прощальный привет наступающей ночи. На этой прекрасной ноте я и закончил рыбалку. Приятно возвращаться домой с хорошим уловом среди всеобщего умиротворения природы! Ноги ступают легко, не чувствуя усталости многокилометрового пути. Снег, прихваченный морозцем, весело поскрипывает, вторя приподнятому настроению. Теперь я твердо знаю: если мне вновь послышится зов верховий Исети, то я непременно откликнусь на этот призыв…

Эти статьи могут Вас заинтересовать